РЕПЛИКОН

Размышление о “дарвиновском вытеснении видов”.



Дарю сюжет, кому хочет:
Некий учёный в биологической лаборатории конструирует прототип нового вида разумного существа. Назовем, для краткости, “хомо ангеликус”.
Для чистоты эксперимента предположим, что никакие человеческие гены тут и рядом не стояли, а исключительно хромосомы от дрожжей, сине-зелёных водрослей и кишечной палочки. Ну и, ясен перец, дохрена ручной работы напильником. На выходе получается нечто скорее не человеческое, а сверхчеловеческое - несравнимо более прекрасное, умное, здоровое и долговечное. Чёрт их знает, может даже высокоморальнее. И высокодуховнее. И чего ещё там высоко положено?
Ученый запускает компьютер, прогнозирующий последствия перехода от лабораторных опытов к реальным действиям. Получает прогноз:
В течении одного поколения - падение рождаемости хомо сапиенс на 40% - люди предпочитают усыновить “идеального” ребёнка из лаборатории.
В течении двух поколений - отмена большинством земных правительств всяческой поддержки “классическому” размножению граждан и переброс средств семьям-усыновителям будущих “сверхгражан”.
В течении трёх поколений - полная замена элиты на представителей нового биологического вида.
В течении четырёх поколений - превращение хомо-сапиенса в архаичное подобие сумчатых, жалостливо поддерживаемое новыми хозяевами мира в резервациях.
В течении пяти поколений - хрен его знает что.
Каковы на ваш взгляд правильные действия ученого: уничтожить результаты опыта, или дать им реализоваться?

РЕПЛИКОН

Таки Дао… - часть №6

Одннажды некий добросердечный человек спросил у мастера Наки Гатрехавы:
— Чем благородный муж отличается от неблагородного?
Мастер ответил:
— Выбирая между жалостью и милосердием неблагородный муж выберёт жалость, благородный же презреет жалость и выберет милосердие.
Человек опечалился и сказал:
— Но разве такой ответ не безжалостен?
Мастер ответил:
— Воистину так. Но я выбрал милосердие.

РЕПЛИКОН

(no subject)

Вдогонка номер пять: 

Ложный гуманизм и Фонарь Диогена

Краткое лирическое отступление: такое вообще тот гуманизм?

По идее, гуманизм - суть система ценностей, в которой человеку  придается максимальная ценность относительно всего остального. В контексте отношений между людьми, это означает, что человек сам по себе обладает куда большим значением, чем свойства, которыми обладает. Любые проявления антигуманизма - суть утверждение высокой значимости некого свойства человека - социального статуса, расы, пола, здоровья, вероисповедания, утилитарной полезности для общества/отдельного лица.

Гуманизм как идея базируется на аксиоме: человек - нечто крайне значимое сам по себе. Значимость цвета кожи относительно значимости человека - мизер. Значимость цвета пола и возраста относительно значимости человека - мизер. Значимость вероисповедания и социального статуса относительно значимости человека - мизер. 

Мы все вышли из пещеры - если вышли. Пещера место негуманное по определению. В пещере маркеры “свой/чужой” значимее человека. В пещере пол и возраст значимее человека. В пещере степень утилитарной полезности в качестве соплеменника-охотника/партнера для секса/дежурного обеда значимее человека. 

Как уйти из пещеры?

Пока - так в ней и сидим. Разве что сидим куда более сыто, ввиду чего ценность свойства окружающих “30-70 кило мяса” капитально снизилось относительно других свойств.

Collapse )
РЕПЛИКОН

(no subject)

“Если в 5 лет ты не был зоорадикалом - у тебя нет сердца. Если к 15и ты не стал зоореалистом - у тебя нет мозгов”.
Потому что романтическая наивность - это прекрасно. Это офигенно. Это трындец как мило, пока романтическая наивность и ее носитель не имеют влияния ни на чью жизнь. А когда такие-вот милые мальчики-девочки врываются в операционную и бьют морды хирургам вопя “не смейте резать людей этими ужасными ножами! Мы веруем в дружбомагию и всех излечим обнимашками!” - Тут уже не до умиления. Тут уже нужна пулеметная турель с соляными боеприпасами.
Если у человека в 5 лет есть сердце - ему жалко любое живое существо, которому плохо. Кошечку. Собачку. Боже упаси, если не жалко.
Если у человека есть сердце, ему ту кошечку-собачку жалко и в 15. И в 25. И в 125. Если у человека есть сердце, его по определению не радуют страдания и смерть живых существ. Их жалко. Их реально, без сарказма, всех жалко. Кошечек. Собачек. Лошадок. Коровок. Крыс, с их офигенным умищем и сложной социальностью. Красавцев-пальмовых долгоносиков. Вирусов эболы, трогательно защищающих своих основных носителей от посягательства хищников. Они ведь все прекрасны. Без сарказма.
Вот только к человеку к 15и годам, если у него есть мозги, после стадий отрицания, гнева, торга и депрессии приходит-таки осознание картины в целом. Понимание что все эти милые котики-крысики-вирусы в совокупности составляют механизм живой природы - сложный, по-своему красивый, но абсолютно безжалостный, работающий на ежедневном перемалывании миллиардов жизней. Да-да, в том числе - котиков-песиков, а еще чаще - котиками-песиками. До пятой стадии - полного принятия, человеку с сердцем дойти трудно, да и не стоит, наверное, но других конструкций живой природы на нашу планетку пока не завезли.
И дальше, человек с сердцем, если у него есть еще и мозги, учится разделять свое абсолютно благородное желание выхватить очередного бедолагу из-под колес живой, мать ее, природы, и “защиту природы”. И что бы он не выбрал, отдает себе отчет что именно сделал, и чем/кем при этом пожертвовал. Человек с сердцем и мозгами, прижимая к сердцу очередного подобранного на улице котика, мозгами понимает: “Я реализовал всего лишь свою собственную хотелку, потому что лично мне было душевно больно пройти мимо этого конкретного котика. Я беру ответственность на себя, и готов платить моральную цену и коровками, которых пустят на корм котику, и мышками-птичками, которых этот котик не особо быстро и безболезненно удушит, и блохами, которых с котика вытравлю, и другими котиками, которых можно было спасти заместо этого”.
Увы, отсутствие мозгов, вопреки заветам Уотсона, пока не лечат. Посему мир кишит людьми, свято уверенными что уличное кормление дворняг - “Защита природы”, верещат о “праве всего живого на жизнь” кормя мясным кормом котиков, и льют крокодиловы слезы над убиенными австралийскими кроликами.
Знаете, если когда-нибудь найдется гений, который сумеет перевернуть сами законы биосферы, превратив живую природу из конвеера взаимопожирания в лужайку дружбомагии, людям с сердцем но без мозгов найдется на этой лужайке экологическая ниша, где их можно будет держать не опасаясь трындеца с их стороны. А пока очень хочется взять в руки пулемет, а на себя - ответственность за переработку сотни-другой повышенно-социально-активных хомо-но-сапиенс на корм для котиков.
РЕПЛИКОН

(no subject)

(Все никак не доходили руки отстучать мифоложку, но сегодня с подачи Олдей понял что пора)

— Все-ж таки, Петрович, не понимаю я твою работу… - Ваня глубоко затянулся самокруткой, и прикрыл поплотнее ведро с наживкой - Да и работа ли это вообще? Ездить к заказчикам, и пить с ними на брудершафт - разве ж это работа? Разве что маркетинг… А потом едешь на рыбалку, сидишь себе на бережку… А люди тебе платят, да еще столько платят, что и менты, и киллеры, и всякая охрана от зависти плачут. Вот за что тебе такое счастье?

— Ты, Ванюха у себя в городе умных слов нахватался, а ума как не было, так и нет - Петрович продолжал неотрывно глядеть на подернутую рябью поверхность реки - Настоящая работа - она всегда для души. В смысле - делаться душевно. Тут с людьми личный контакт абсолютно необходим.

— Ой, клюет кажется… - Ванюха потянулся к удочке, поплавок которой дернулся на воде.

— Когда кажется - креститься надо - Сурово отрезал Петрович - Акстись, какое «клюет» на этом месте, да еще и в пятницу тринадцатого? Разве что жареный петух клюнет, да не на мотыля а тебя пониже спины. Так вот, про личный контакт. Вот есть, скажем у человека враги. Серьезные врвги Что с ними делать? 

— Валить! - Безапелляционно заявил Ванюха.

Collapse )
РЕПЛИКОН

(no subject)

Вдогонка номер четыре:
Логика мясника и невыученный урок истории

А теперь давайте поговорим о реально крупных чудовищах...
Когда холокост методично перемалывал миллионы жизней, его главным рабочим элементом, как это не странно, была не ненависть, как бы еретически подобное заявление не звучало. Холокост совершили отнюдь не припадочные садисты с белыми от злобы глазами. Да, весь бестиарий этих монстров радостно участвовал в процессе, но основным мотивом львиной доли участников, от непосредственных палачей, до одобрительно молчащих бюргеров, была не ненависть.
Основным мотивом было ОБЕСЦЕНИВАНИЕ. Низведение определенных категорий людей в общественном сознании до статуса бесправного скота, чьи жизнь, интересы, страдания, не имеют значения. Основная работа по уничтожению велась рутинно, флегматично, и по-страшному беззлобно.
Мяснику на скотобойне не нужна ненависть к коровам. Ему нужно ПРАВО резать.
Когда миллионы обращенных в рабство африканцев увозились в рабство в новый свет и страны ислама, работорговцами и рабовладельцами анн масс не двигала ненависть - какая еще ненависть к первосортному товару? Ими двигало убеждение: негры приравнены к скоту, и их жизнь, свобода, достоинство, значат ничего. Можно порабощать, бичевать, кастрировать.
Когда татаро-монгольская орда прошлась по земле каленым железом, творя такое, что фигели даже китайцы - ею двигала не ненависть ко всему что движется. Ненависть - это когда “вот сейчас хану больно было”, вроде событий под Козельском. А так, какая еще ненависть? Только полное обесценивание злополучных землеедов, которых абсолютно правильно истреблять просто за ненадобностью.
Понимаете, мы, на самом деле, люто избалованы гуманизмом. Даже не представляем себе насколько. Для человека, живущего с установками высокой ценности других в голове, требуются нефиговые внутренние обоснования, чтобы серьезно нагадить ближнему. Нет, ясен план что он эти обоснования, хоть логические, хоть эмоциональные, сгенерирует не особо напрягаясь. Вот только реально масштабное изуверство приходит из иных краев, чем “я ненавижу Васю”. Она приходит из тех краев, где Вася заранее зачислен в списки тех, с кем можно делать что угодно не оправдываясь перед собой. И да, именно этого цивилизованный человек не понимает, общаясь с людоедскими культурами. Людоедство держится не на ненависти, сколько бы ненависти параллельно с ним не проявлялось Людоедство держится на обесценивании, освобождающем от еобходимости ненавидеть.

На этом я песнь завершаю, друзья. Продолжение следует...
РЕПЛИКОН

(no subject)


(Рассказик написан на литературный конкурс по заданой теме на Зилантконе. Конкурс я продул, всё никак не дойдут руки откопать кто и чем его выиграл)

— Ваше величество, не соизволите ли вы спуститься со мной к озеру? 

Король Артур задумчиво почесал шлем под короной. Озеро не внушало ему доверия.

— О премудрый сэр Мерлин, я никогда не слыхал доброго слова о здешем озере. Все, кого я расспрашивал о нем, говорили лишь о неприкаяном духе утопленницы, чей плач сводит с ума всякого, кто его услышит. Много славных рыцарей сгинуло в этом озере, бросившись в его воды. Стоит ли нам повторять их ошибку?

— О, вы правы, ваше величество... - кивнул Мерлин - Это озеро и вправду проклято, но я верю: вы сумеете преодолеть все опасности. Мне ведомо, как это сделать: вы должны разыскать утопленницу и забрать у нее причину ее скорби. Тогда проклятие развеется, и более того - судьба всей Британии изменится навеки!

— Ну что ж, сэр Мерлин… - склонил голову Артур - Мой долг как короля и рыцаря - помогать девам в беде, спасать своих подданых от опасностей, рашать судьбу Британии и… простите, сэр, потом вспомню, что еще, а сейчас - поехали!

Collapse )
РЕПЛИКОН

(no subject)

Вдогонка номер три:
Для любителей непрерывно поминать “ненависть к…”
Ребята, оставим на минутку в стороне вопрос, преступно ли ненавидеть кого-то. Попробуем разобраться, что такое вообще “ненавидеть кого то”.
– Гоги, ты негров любишь?
– Кушать – да, а так не очень…
Так вот.
Если Гоги ненавидит кушать негров - это не ненависть к неграм, даже если для негров смертельно обидно, что кто-то брезгует жаренным по лучшим вуду-рецептам негритянским мясом.
Это ненависть к процессу употребление Гоги негров в пищу.
Если Гоги ненавидит совокупляться с неграми - это не ненависть к неграм, даже если для негров смертельно обидно его невнимание к черным красоткам, и вдвойне обидно за невнимание к черному парню в фуражке, ставшим иконой гей-эстетики.
Это ненависть к процессу совокупления Гоги с неграми. Ну и к процессу совокупления негров с Гоги, заодно.
Если Гоги ненавидит жить в одной коммуналке с неграми - это не ненависть к неграм, даже если для негров смертельно обидно, что Гоги не хочет жить с ними в одной коммуналке, и вообще, кроме как с Гоги им жить негде.
Это ненависть к процессу проживания Гоги с неграми в одной коммуналке.
Если Гоги ненавидит тусоваться с неграми - это не ненависть к неграм, даже если для негров смертельно обидно, они к Гоги со всей душой, даже играть ему колыбельную на джембе приходили под окна всем кварталом.
Это ненависть к процессу тусования Гоги с неграми.
Если Гоги ненавидит работать с неграми - это не ненависть к неграм, даже если для негров смертельно обидно что Гоги не ценит их профессиональные качества.
Это ненависть к процессу совместной работы Гоги с неграми.
Если Гоги ненавидит мозолить глаза о лица афроамериканского фенотипа - это не ненависть к неграм, даже если для негров смертельно обидно что Гоги не способен оценить эстетику черной кожи и вывернутых губ.
Это ненависть к процессу созерцание Гоги негритянских лиц.
Так что все-таки да является ненавистью Гоги к неграм?
Все очень просто.
У ненависти, как и у любви (в житейском смысле, а не в ее 50и романтических оттенках, кормящих мировую художественную литературу, и индустрию психотерапии), есть очень простой критерий ее наличия/отсутствия:
Берется негр. Делаем негру хорошо. Так, чтобы однозначно хорошо, чтобы если это хороший негр, аж джаз попер, а если плохой, то рэп… Ладно, речь сейчас не об оттенках негров. Короче, берем негра, и делаем ему хорошо. Если с того что негру сейчас хорошо Гоги хорошо - значит Гоги любит негра. Насколько любит - тут уж надо по сложным формулам замерять что Гоги готов сделать чтобы негру того хорошо было побольше и подольше, но общий факт что Гоги хоть как-то минимально любит негров, определяется уже тем, что Гоги хоть на сколько-то хорошо с того, что негру хорошо.
Если на то, что негру хорошо Гоги пофиг - значит ни любовью ни ненавистью к негру Гоги не страдает, что, в принципе, является стандартным агрегатным состоянием и Гоги, и большей части человечества.
Если же с негрового “хорошо” Гоги плохо - то вот это она и есть, та самая ненависть Гоги к негру.
Дальше, в качестве контрольной группы берем еще негра, делаем ему плохо, чтоб аж до блюза. Ну а дальше опять таки, см. отношение Гоги к тому “плохо”, от любви, выражаемой сочувствию негровому “плохо” и попыток то “плохо” прекратить, до злорадства и попыток то “плохо” усугубить.
Все остальное - не про ненависть.
Все остальное - про обиду и только про обиду.

На этом я песнь завершаю, друзья. Продолжение следует...
РЕПЛИКОН

(no subject)

Вдогонка номер два:
Тем, кто пытается списать право идентичности на бесспорное уважение к ней тем, что якобы “человек обязан справедливо относиться ко всем, а не уважать чью-то идентичность - несправедливо”.
Тут дело даже не в том, что тезис о несправедливости подобного отношения порою весьма спорен. Утверждение ложно на куда более глубоком уровне.
Человек не только не обязан относиться к другим людям справедливо, кроме очень четко очерченной сферы “зоны долга”. Сама суть человеческого отношения прямо антагонистична справедливости. Справедливость - это, по сути своей ЗАПРЕТ ОТНОСИТЬСЯ.
Справедливость - отхожее место человеческой свободы, в которое сгружаются ее отходы - сферы жизни, в которых человеческое отношение подлежит уничтожению ввиду недопустимости из нахождения в зоне свободной воли. Хорошо оборудованный сортир крайне важен, но есть из унитаза и пить “туалетного утенка” лично я бы не рекомендовал. Справедливости может быть выделена гнилая будка во дворе, или роскошные мраморные хоромы на пол-квартиры, но прямое назначение останется тем же - отделить содержимое унитаза от остальной жизнедеятельности человека. Привнесение справедливости куда-либо за четко очерченные для нее пределы - это, пардоньте, копрофилия.
Если кто не понял:
То, что вы вы кого-то любите - глубоко несправедливо по отношению ко всем, кого вы не любите, или любите меньше.
То, что вы для кого-то что-то делаете - глубоко несправедливо по отношению ко всем, для кого вы этого не делаете.
То, что вы чего-то хотите - глубоко несправедливо по отношению ко всем, чьи желания вы не разделяете.
То, что вы, сволочи, вообще живете - глубоко несправедливо по отношению ко всем, кто уже не живет, или вообще никогда не жил.
Жизнь несправедливо по природе своей. По-настоящему справедлива только смерть, великий уравнитель всего живого. Так что хоть какое-то подобие “справедливости отношения ко всем и всегда” может позволить себе только серийный убийца, мочащий всех без разбора. Для всех прочих справедливость, де факто - то, что начинается, когда кончается отношение. Так что идите вы... к Миносу в сторожку, господа ревнители справедливости вне отведенных для нее мест. Людям, знаете ли, еще пожить хочется.

На этом я песнь завершаю, друзья. Продолжение следует...
РЕПЛИКОН

(no subject)

Честно хотел закончить писать вдогонки про Четвертый Рейх, но увы - потом я таки задолбался отвечать в комментах, поэтому пишу несколько микро-вдогонок сюда.

Вдогонка номер раз - тем кто заявлял “Нет групповых идентичностей как субъектов права, есть группы людей, идентичностями объединенные”.
Нет,дорогие мои,“права групповой идентичности” не равно “права группы людей”. Эти два понятия имеют друг к другу примерно такое же отношение, как морская свинка - к свиньям и морю.
Весь перечень различий между этими двумя вещами сюда не поместится, но несколько примеров приведу:
1. Ложное объединение в группу.
Когда Адольф Алоизович Гитлер говорит от имени немецкого государства - это группа людей. Группа реально существующая как группа, а не как энное количество индивидов, имеющих общее свойство. Группа, занимающаяся как группа некой совместной деятельностью. Группа скрепленная смоотнесением к группе состоящих в ней членов. Группа, в данный исторический момент, увы возглавляемая Гитлером.
Когда Адольф Алоизович Гитлер говорит от имени арийской расы - это групповая идентичность. Потому как группа “арийская раса” по факту существует сугубо в теории, да и то только в хреноватых учебниках антропологии и партийной доктрине нацпартии, никакими общими делами ввиду этого не занимается, с процентами “ариев”, самоотносящихся к ней как к особо важному свойству себя любимых все хреново, и уж точно, претендуя на главенство в этой группе Гитлер врет как сивый геббельс.
Так вот. Диалог с активистическим представительством социальных идентичностей - это диалог не с Германией. Это диалог с “арийской расой”. Для того, чтобы говорить от ее имени достаточно “создать” ее как единую группу в дискурсе, а дальше, как говорил Лукин, “кто громче - тот и народ”.
2. Права без ответственности.
Логика отношений между человеческими группами, какой бы хромой, кривой и уродской она бы не была, по сути своей строится на “ты мне, а я тебе”. Да, зачастую это “ты мне лизать сапоги, а я тебе - на двадцать плетей меньше”, но фундамент, худо-бедно, строится на взаимных обязанностях, отношении к совокупности действий группы, коллективной ответственности. Так, пусть с матом, скрипом перебоями и траблами, работают человеческие группы - кланы, общины, государства, фирмы, политические партии, криминальные группировки, организованные религии, сплоченные этносы.
Групповая идентичность работает не так. Групповая идентичность как субъект в принципе несовместима с ответственность как явлением. В Рейхе Арийская раса не отвечает ни за что и не перед кем - даже перед арийской расой. Более того, в Третем Рейхе даже групповая идентичность “унтерменши” ни за что ни перед кем не отвечает. Просто одной идентичности выдано право на порабощение и уничтожение носителей прочих, а у прочих идентичностей отнято право как-либо этому препятствовать. Дальше уже не вопрос обязанностей/ответственности, а исключительно пользы для арийской расы.
Кстати, это крайне характерное различие между философией нацизма и предшествовавшей ему философии колониализма. Какие бы изуверства не творились под знаменем “бремени белого человека”, предполагалось, хотя бы в теории, что колонизатор несет какую-то ответственность по отношению к папуасам. Хотя бы крещение предложить, прежде чем гнать кнутом дохнуть на плантации. Причем не столько как права папуасов (какие еще у папуасов права?!) А именно как долг белого массы.
В Четвертом Рейхе ровно то же самое - выделенные идентичности имеют права, но сама идея о возможной ответственности собратьев по идентичности друг за друга классифицируется как полностью еретическая. Собственно, четвертый Рейх зашел куда дальше третьего - если в Третем Рейхе для перехода от отношения между группами людей к отношению между идентичностями еще требовалось как-то обосновывать это неким подобием аргументации почему быть носителем идентичности А хорошо, а идентичности В - плохо, и это уже отвечает на все вопросы, то в четвертом сама постановка вопроса “а из хороших/умных/много дающих обществу ли людей состоит эта группа?” табуирована, если группа объединяется, реально или условно, идентичностью. Коллективные права без коллективной ответственности - это даже не смешно.
3. Произвольность рамок
Собственно, прямая производная от двух предыдущих пунктов.
Для причастности человека к группе, его требуется туда включить. На добровольных основах, или принудительно, но включить.
Причастность к идентичности не требует включения. Мужчина может объявить о своей женской идентичности сменив пол (а по более свежему дискурсу - просто заявив что он женщина глубоко в душе), и для принятия этой идентичности ему не потребуется признания ни одной женщины что это с ней в одной группе. Точно так же живущего в Австралии человека не верующего в расы вообще, в рамках Третьего Рейха можно причислить к расовой идентичности истинных арийцев/еврейских унтерменшей, и ничего он с этим не сделает, возможно даже не узнает.
Группа определяется рамками взаимопризнания включаемого и включающих в качестве члена группы. Идентичность - нет.

На этом я песнь завершаю, друзья. Продолжение следует...