Эльфияу (elfiyahu) wrote,
Эльфияу
elfiyahu

Categories:
Серая бессонница

- Что ж, наверное, моя очередь спрашивать… - Йоухикко поворошил палкой угли. - Или мы уже наболтали достаточно?
- Нет… - Илмари, склонявший голову то к левому, то к правому плечу, резко выпрямился. - Недостаточно. Мне нужно, чтобы баньши непрерывно слышали человеческий разговор. Нам нельзя спать этой ночью. Мы сделаем так, чтобы случилось непонятное для них - когда люди, вышедшие из-под действия песни бессонницы, не падают в беспробудный сон, а сидят и разговаривают - на обычной громкости, в обычном ритме, обычными голосами. Не шепчем, не кричим, не поём. Сначала оттянем их на себя, а потом…
- А потом дадим им бой? - Инкери недобро улыбнулась, поглаживая рукоять меча.
- А потом мы пойдём спать! - отрезал следослух. - Пойдём спать по-настоящему. Притворством серых баньши не обмануть.
- А потом?
- Потом... - безмятежно продолжил Илмари, - на нас нападут. Я проснуться успею… Наверное. Ты, - повернулся он к бестиарии, - нет, но у меня найдётся пара мгновений опрокинуть на тебя вон то ведро. Постарайся проснуться хотя бы от него. Остальным просыпаться не советую: толку от вас не будет, на спящих баньши нападут только если успешно покончат с нами, а силы вам понадобятся: сразу после драки мы должны срочно уходить.
- Весело… - Инкери вытянула меч из ножен на два пальца и слегка подровняла отросший ноготь об лезвие. - А если ты не проснёшься?
- Должен проснуться. - Илмари почесал за ухом баюна, примостившегося на шее. - Я пробыл в городе меньше дня, мне не с чего падать в беспамятстве. Я засну под песню Аку и проснусь, когда она прекратится…
- А если всё-таки не проснёшься?
- Тогда нам всем порвут глотки. Это будет очень, очень нехорошо…
- Умеешь же ты обнадёжить… Учти, если твой кровосос тебя вовремя не разбудит, я ему сверну шею даже с вырванной глоткой. Йоухикко, ты там собирался что-то спросить?
- Собирался. - Тихо и твёрдо сказал бард. - За что ты их так ненавидишь?
- Кого ненавижу? - подняла брови бестиария. - Серых баньши?
- Нет. Мантикор вообще. Почему ты пошла в бестиарии?
- Ххха… - Девушка со стуком задвинула меч обратно в ножны и откинулась спиною к дереву. - Вопроса поглупее ты не мог придумать?
- Мог. Но не буду.
- Лааадно… - Инкери недобро посмотрела на барда. - Могу тебе что-нибудь наврать. Про родную деревню у болота, где всех сожрали упырицы. Про родителей, которых на горной дороге убили осыпные прыгуньи. Про старших братьев, пропавших в шахте с пещерными глухоманками. Про любимую младшую сестру, которой перегрызла горло баюнья… - она выразительно глянула на Аку. - Или вот, могу про родной город, полностью обезлюдевший после нашествия серых баньши, прямо как Экманхольм теперь… Сейчас только придумаю, как город назывался…
- А врать обязательно?
- Обязательно. Вам же, мужикам, одно нужно… Чтоб сопливая история с погибшими мамой-папой и всем прочим. Может, мне просто нравится убивать?
- Не нравится. - Йоухикко говорил всё так же ровно. - Я видел людей, которым нравится убивать. И людей, которым нравится врать. Может, всё-таки расскажешь правду?
- Да пошёл ты! - сверкнула глазами девушка.
- Не пошёл. Мы вроде договаривались спрашивать по кругу. Илмари ответил. Я ответил. Твоя очередь.
- Аааа… - Инкери вскинулась, но потом махнула рукой. - А, в конце концов, почему бы и нет? До утра мы всё равно вряд ли доживём. Так что можно и рассказать глупую-глупую сказку…
Жила была девочка. И всё у той девочки было: мама с папой, брат, сестра, дом… И всё это до сих пор есть. Разве что девочка с тех пор выросла в злую тётку. А ещё был у неё ручной стрешник… Пушистый такой серенький мелкий мантикор, с две ладони величиной, с короткими пальцами и круглыми ушками… Был он у девочки чуть ли не с рождения, был с ней всегда. Всегда - значит совсем всегда, и днём и ночью. Мама с папой могли и накричать, и наказать, старшие брат с сестрою могли обидеть, с друзьями-подружками она то ссорилась, то мирилась… А стрешник был рядом всегда, всегда был рад ласке, всегда умел и порадоваться вместе с девочкой, когда ей было хорошо, и утешить, когда ей было плохо… А когда девочке было девять лет, стрешник взял и помер. Понимаете? Просто взял и сдох среди ночи, сволочь. Проснулась девочка - а он уже холодный, окоченевший, глаза стеклянные… Девочка сначала просила его очнуться, умоляла, потом плакала, отогревала у печки… Потом снова плакала, и била, била кулачками по проклятой холодной тушке, потому что ещё никто никогда не делал девочке так больно...
Когда девочке была двенадцать, нашла она под деревом медвянницу с переломанными пальцами. Лежала медвянница на спине, встать не могла, глядела жалобно… Подобрала девочка медвянницу, отнесла к бабке-знахарке, долго уговаривала её вправить и перевязать тонкие переломанные косточки, наложить маленькие лубки. И долго потом кормила медвянницу разбавленным мёдом через тростинку, чистила ей мех, уговаривала потерпеть… Прошли два месяца - и встала медвянница на пальцы, и пошла. И снова сидела у девочки на плече мелкая пушистая мантикора, снова у неё был маленький поющий комочек тепла, который всегда рядом, и днём и ночью…
А когда было девочке шестнадцать лет, медвянница захворала. Лежала кверху брюшком, плакала от боли, и ничего, ничего ей не помогало. Ни-че-го. Девочка сидела над нею днями и ночами, носила ей зелья от знахарки, снова, как в самом начале кормила её через тростинку, гладила её, пока рука не немела, а медвянница всё лежала на спине и плакала всё тише, и некуда было деваться от этого плача… И однажды у девочки кончились силы, и она свернула медвяннице шею. Медвянница больше не плакала. Девочка тоже.
Когда девочке было семнадцать, она нашла во дворе детёныша стрешницы. Маленького, серого, пушистого, с круглыми ушками, и большими-большими жалобными глазами. Подняла его девочка с земли, посмотрела в эти огромные, доверчивые глаза, и поняла наконец, как она их всех ненавидит…
Инкери замолчала и прикрыла глаза, всем своим видом показывая, что продолжения не будет. Несколько минут царило молчание, потом Йоухикко осторожно уточнил:
- Эммм… Может, ты не знала, но вообще-то все под этим небом смертны. И люди в том числе…
- Знаю… - ответила Инкери, не поднимая век. - Людей я тоже недолюбливаю... И вообще, выбрось эту дурацкую историю из головы. Я всегда вру, когда мне задают дурацкие вопросы, соврала и в этот раз.
Subscribe

  • Про армейские бутерброды и иже с ними.

    Да, в Израиле есть много дури на псевдорелигиозной почве. Да, именно псевдорелигиозной. Поскольку к уровню соблюдения религиозных правил…

  • (no subject)

    Период полураспада Советского Союза

  • (no subject)

    Пойти спать было замечательной мыслью, но я был слишком сонный чтобы до неё додуматься...

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments